Проглотит ли Россия Беларусь? Отрывок из интервью Пламена Паскова

Политика
16:58
32 056 просмотров
Проглотит ли Россия Беларусь? Отрывок из интервью Пламена Паскова
Фото из интернета

Пламен Пасков – известный болгарский политик, кандидат в президенты Болгарии в 2016г. Прославился на постсоветском пространстве из-за своего мировоззрения, ориентированного на народ. Он доступно объясняет происходящие в мире Беларуси и России политические события. По его мнению, основная причина опасности «цифровизации» людей — отсутствие суверенитета в разных странах, в том числе, в России. Он говорит о том, что большинство стран находятся в колониальной зависимости от США. Освободиться от этой зависимости можно, освободившись от пропаганды западных ценностей, стремлении к материальному благополучию, от любого чужеродного влияния. Он выступает против «цифровизации», вакцинации, самоизоляции, призывает к стойкости и последовательности в борьбе за истинный суверенитет.

Многих белорусов волнует судьба страны и их лично. Пламен Пасков в одном из недавних интервью отвечает на вопрос о том возможно ли поглощение Беларуси со стороны России.

 

Александр из Москвы нам задаёт вопрос: как вы считаете, поглотит ли Россия Беларусь?

 

Сейчас отвечу на ваш вопрос: может ли Россия проглотить в Беларусь? С одной стороны и может быть в каком-то институциональном плане, наверное, может. Хотя это настолько блекло и бледная и полупрозрачная перспектива… Если посмотреть на карту: ну вот маленькая Беларусь, а вот большая Россия, и всё должно быть, вроде бы, сразу понятно.  А почему бы и нет? Но если посмотреть на ту же самую большую Россию и намного меньшую там Украину…  Да, она больше Беларуси, но намного меньше России…

Если посмотреть на ту же самую карту, посмотреть там соотносительность с другими бывшими союзными республиками, прибалтийскими, например, некоторые еще более маленькие, малюсенькие, по сравнению даже с Беларусью, страны… Там тоже больше 30% населения не просто русскоязычные, а это русские, которые полностью лишены любых гражданских, человеческих и всех остальных прав.

Они… в их паспортах там написано Aliens (чужие), я этовидел своими глазами, а тот, кто бывал там, где общался с такими людьми, мог увидеть своими глазами, что это не выдумка. И, соответственно, у всех русских, а не русскоязычных, а именно русских в прибалтийских республиках насильно устроили, скажем так, процесс переименования. И имя, и фамилия должны заканчиваться по местному… Там с этим не шутят. Это системная политика, к которой большая Россия относится с глубокой озабоченностью. Вот это максимум, что может выразить МИД России по поводу всех подобных и таких действий. Это относится к глубокой озабоченности: и всё, и всё, потому что эта глубокая озабоченность – это, кажется, не сильный инструмент, скажем так, для защиты интересов и вообще-то человеческих прав русских в географических  масштабах. Как-то не хватает для этого…  

Поэтому, может ли Россия захватить Беларусь? Ещё раз, это чистая теория… Почему? Потому что Беларусь, которая является последним островом того, что можно было сохранить после Советского Союза, я не говорю то, что хочется нам сохранить, то что хотелось Александру Григорьевичу Лукашенко сохранить или то, что русским в России хотелось бы чтобы это в Беларуси было… Это немножко разные ракурсы, которые всем показывает достаточно различную картину того, что действительно происходит в Беларуси. Я знаю, очень многие дружественные люди, сайты, информационные ресурсы и медийные платформы, куда тоже меня приглашал и я выступаю, которые относятся очень сильно критически к Александру Григорьевичу, потому что, видите ли, он не сохранил этот Советский Союз. Там, на самом деле, капитализм, только вот такого немножко другого толка и по сути это не стоп социализм, который нам нужен: нам хочется больше, выше, лучше и тд. С чем я не только вынужден, но и готов согласиться. Только надо сразу вспомнить основное правило и основные возможности любого политика. Политик делает не то, что он хочет, политик делает не то, что от него ожидают, политик даже не делает то, что он знает, что должен сделать, он делает единственное, что он может сделать. Это никогда не совпадает. Это даже во времена Сталина, это даже во времена римских императоров, это даже во времена абсолютной, с любой точки зрения, монархии, там, например, каторги или… Саудовскую Аравию можно взять, он там какая-то более жёсткая… Нельзя, не возможно, потому что при любом управлении любая страна, любая политическая система, любая политическая субъективность, она существует не в каком-то изолированном, скажем так, пространстве, чтобы не с кем не соприкасаться, как в космосе… Она существует вот здесь, на корке шарика Земли, корке, потому что земная кора она намного толще, чем нам кажется, но это уже другой вопрос. Сейчас обсуждать его не будем. Он по любому соприкасается не только на географических картах, бумажках и документах, но и с остальными внешними воздействиями настолько сильно, что сделать то, что ты хочешь, это не то что миссия невозможная, но это миссия, скажем так, очень частично выполнимая. Ну, используя аналогию с сериалами с Томом Крузом, который вообще-то спасал мир и делал чудеса и выполнял только невозможные миссии. Красиво было сделано, но, к сожалению, это кино, а в жизни такого не происходит. Поэтому, может ли Россия захватить Беларусь… Ну, понимаете, не может, колония, то бишь, внешне управляемая страна захватить без на то внешнего приказа и внешнего ведома, согласования, что-то другое, что-то дополнительное. Потому что, когда подписывался Договор о полной и безусловной капитуляции 2 декабря 1990 года рядом с Мальтой Михаилом Сергеевичем Горбачевым и Джорджем Бушем старшим, там было указано, что потом аккуратненько, а то и жёстко припоминались с американской стороны российской стороне о том, что у России нет и не может быть национальных интересов вне территории России. Об этом говорила достаточно жестко и сильно Кондолиза Райс буквально за пару недель до 2008 года, то бишь, до того, как Грузия напала на мирно спящих с ракетно-залповым огнем и уничтожила население, и вообще-то война началась Южно-Осетинская… В нее была вынуждена вмешаться Россия.  Кондолиза Райс тогда говорила, что нет, у России не может быть национальных или любых других интересов вне территории России. Помимо Кондолиза Райс относительно недавно в 2016 году Саманта Пауерс, по-моему, звали ее… Вот эта представительница американского ООН говорила, причем, в достаточно грубой форме Виталию Чуркину, пусть земля будет ему пухом,  до того, как он был в живых и так мужественно защищал политическую независимость России и российских интересов в Нью-Йорке, она ему там, как такая птица нависала и говорила: слушайте, вы проиграли войну, ведите себя, как побежденные… Что вы тут выступаете. Нет у вас других интересов. Это тоже было зафиксировано и это обсуждалось.

И поскольку Виталий Чуркин к этим указаниям не сильно прислушивался… К такой странной женщине. К сожалению, с ним случился медицинский казус, который привел его к смерти. Причём, знатоки этих, назовём это так, этих коридоров рыцарей плаща и кинжала сделали определенный подсчет и обнаружили, что за два года скончались странным, а иногда не только странным образом, семь российских дипломатов по всему миру. И в рамках этих семи российских дипломатов входит не только Виталий Чуркин, но и посол России в Турции Андрей Карлов, которого просто пристрелили в режиме реального времени на территории контролируемые друга Владимира Владимировича Путина и Эрдогана и все… Дипломаты – это бойцы этого передового дипломатического фронта, которые, если будут возникать, либо, если нужно наказать кого-то через них, то они это делают. То есть, если мы рассматриваем вариант: есть угроза для Беларуси со стороны России, это сложный вопрос. Сложно, потому что, когда произносим слово Россия, люди, которые не разбираются в этих тонких хитросплетениях, в этих ситуациях с двойным дном, этих матрёшках, которые внутри и внутри там разные, разные… Они думают, что Россия - это Кремль. Кремль – это Москва, Москва – это Россия… Россия – это русский народ, все русские… И все русские хотят захватить этих белорусов. Что, на самом деле, в корне неверно, потому что эти решения никто у россиян не спрашивал ни на каком референдуме. Слушайте, ребята, вы хотите, чтобы мы воссоединили, проглотили, приобщили, аннексировали… Ну, каким-то образом, назовем это… слов там найдем… Вы этого хотите? И потом, по результатам референдума, да, мы этого хотим или нет, мы этого не хотим. Ничего подобного не происходит. А почему: потому что это физически невозможно. Потому что, когда Россия воссоединялась с Крымом, что вызвало тогда бурю, всплеск, взрыв всенародного одобрения и подъема патриотических чувств безусловных, причем,  по всей России. Тогда народ России не знал то, что сделал этим процессом возможное.

Я скажу вот так: где-то после 18 - 21 февраля 2014 года, когда произошла уже военная фаза, переворота в Киеве, там, когда с убийствами, «Небесной сотней», захватом власти и так далее и тому подобное… Все ещё референдум в Крыму не происходил, но примерно 18 февраля события с этими автобусами под Корсуном, когда их там останавливали, избивали, ломали крымские москояки и так далее. Вот примерно в этот период определённые осведомленные люди обсуждали вопрос: будет ли Крым нашим с генералами, которые тогда были в Крыму с российской стороны, то есть со стороны официально находящегося там российского контингента, который имел право на количество войск больше 25000 бойцов. В это время это было около 8000 бойцов. И между этим периодом и референдумом в Крыму аккуратненько было добавлено еще несколько тысяч бойцов, так называемых «зеленые человечки». Но, в принципе, российский контингент в Крыму вырос до 18000. Украинский контингент в Крыму оставался 22000. Все равно, никакого сражения не было. Но вопрос в другом… Во второй половине февраля на разговоры с одним из этих генералов (фамилий и имен я сейчас говорить не буду, пускай каждый считает, то я делюсь с аудиторией каким-то своим летне-осенним сном). Ну, это же сновидение, почему бы и нет, в конце концов… И вопрос к генералу в моих сновидениях, лицо и фамилию которого я абсолютно не знаю, забыл и не вспомню никогда: а Крым будет наш после событий под Корсуном? А генерал так, немножко задумавшись, сказал: будет! Негр дал добро – это цитата из моего сна, не более чем. Негр – это Обама, который тогда был, если кто-то помнит президентом США.

Если посмотреть на события до, вовремя и после, вплоть до сегодняшнего дня, на самом деле никакого серьезного противодействия с американской стороны по поводу процесса референдума в Крыму и всех последующих действий не было. Была риторика, были санкции, было «ой-ой, как это плохо и какие вы плохие». А как сильно мы будем вас наказывать. Как на вас вся международная общественность ополчится. Как вообще-то возмущаться всей этой мерзости и гадости. И то, что вы сделали такие плохие русские, но не более чем. Могли ли американцы остановить этот процесс либо вмешаться сразу после этого процесса или сделать его невозможным? Ответ положительный: могли. Почему же не смогли? А потому что тогда американский флот по возвращении из Турции по пути проходил через Босфор на территорию Черного моря. И в Средиземном море всегда находилась довольно грозная военная сила, которая в состоянии не просто напугать, но и покарать (достаточно болезненно) достаточно большие регионы тех стран, которые соприкасаются с  побережьем Черного моря: Украина, Россия, Кавказ…  Если кто-то вспомнит события 8 августа 2008 года, российские войска дошли до Тбилиси. И не захватив  Тбилиси, развернулись и ушли. Победили, на поле боя победили, а на политическом фронте остались виноватыми. Мало того, что они отвечали, а не начинали,  но все равно Россия оказалась виноватой в этой войне, оказалась захватчиком, агрессором... Кошмар, кошмар, страшно, плохо!

А почему вообще российские войска вернулись… Тогда Президентом Российской Федерации, если кто-то забыл, был Дмитрий Анатольевич Медведев, а премьер-министром был Владимир Путин. В  этот же день, с 7 на 8 августа 2008 года как раз начинались Олимпийские игры в Пекине, где Медведев физически находился… Если кто-то вспомнит, во время этих игр испокон веков с момента создания Олимпийских игр войны прекращались, если вообще они были. Они не начинались – они прекращались. Во время Олимпийских игр не воевал даже Гитлер. Никто никого не убивал, никто никого не обижал. Нельзя так делать… И вот Грузия по прямой наводке, приказу и там под гарантиями США решила, что можно в первый олимпийский день это сделать….  Только российские войска тогда вернулись. А вернулись потому, что полицейские войска в Чёрном море, то бишь, американцы своим флотом недвусмысленно показали, приказали, указали и поставили условие: либо вы обратно, либо мы… продолжаем бить, бомбить и наказывать. Мы здесь для этого и находимся. И тогда президент РФ, и премьер-министр тихо, без дополнительных причин и объяснений еще раз, не взяв Тбилиси. Тбилиси был уже готовый. Михаил Саакашвили уже завтракал своим галстуком, как это хорошо известно. И все, война, как таковая вообще уже была закончена. Можно было просто подписывать капитуляцию, принимать условия. Опять грузинские вина могли появиться на московских прилавках и так далее… То есть, технически все было готово. И с военной точки зрения тоже. А вот с внешнеполитической точки зрения вообще ничего не было готово.

Соответственно, что произошло после этого после этого - Грузия стала нам недугом, Южную Осетию мы признали, Абхазию мы признали… А вот, кроме нас, кто их признал – это большой вопрос. Почти никто их не признал. Если сейчас кто-то хочет думать или собираются сделать то же самое с Белоруссией то, как именно этот произойдёт?

Если будет аннексия, подсоединение, поглощение, или радостное восстановление отсутствия границ между Белоруссией и Россией, то возникает очень большой вопрос о воссоединении, объединении… Оно будет на правилах кого? Вот той, сохранившей по максимуму социальную справедливость и социальные обязательства Беларусью? Или это будет на правилах российского колониального олигархата с полным отсутствием социальных обязательств… И, чтобы раскромсали, уничтожили и деиндустриализировали Россию инструментом этого олигархата… Будем делать это и с белорусскими предприятиями.  Туда придут эффективные менеджеры из Москвы и будут делать все по указке Лондона, Вашингтона… Они же из Москвы, но по указке Лондона, Вашингтона и из белорусских предприятий очень быстро останутся только белорусские безработные. А белорусские безработные… Система социального обеспечения долго не выдержит, потому что система работает, если есть приходы. А если есть уничтоженные предприятия, естественно, приходы сокращаются. И территория не может восстановить эту экономику государства, и начинает брать кредиты… А эти кредиты, когда ты не можешь их обслуживать, начинаешь прощаться с другими обширными инфраструктурами и объектами своего государства.  Аэропорты, порты, земли, концессии… Посмотрите на Болгарию, посмотрите на Румынию, посмотрите даже на Польшу, посмотрите на Грецию…  Не нужно смотреть только на бывший Союз Социалистической Европы…  

То есть, там приходят определенные хищники, стервятники, которые начинают обгладывать до костей все эти экономические или промышленные остатки до того, как они съедят все, что им хочется. А то, что народ потом останется, естественно, бедными и население будет сокращаться… Это их не просто не тревожит, а дополнительно радует, потому что самая большая колониальная цель – это  - дерационализация, депоппуляция (сокращение населения)…  Если это население не может зарабатывать у себя дома, у этого населения есть два варианта. Первый: помирать (быстро или медленно), как получится, но за свой счет обязательно. Второй, если это качественные,  интересные с ресурсной точки зрения люди, то добро пожаловать в Польшу. Если вообще кто-то их там ждет, потому что со следующего года в Польше будет очень плохо.  Может быть, кое-что, кое-как попытается пристроиться в России, но очень немногие. Может быть, кое-кто, там, за рубежом, естественно, на сегодняшний день позиции ниже и ниже…

И ровно также, как из 9-миллионной Болгарии в 1989 году на сегодняшний день дефакто, а не по Википедии, в Болгарии проживает около, или даже меньше, пяти миллионов. Из которых 2-3 миллиона – это пенсионеры, 1-2 миллиона – это дети до 18 лет…  Беларусь, в которой сейчас около 10 миллионов человек, повторит тот же сценарий. Но уже в этом будет виноват не коллективный Запад, а плохой Кремль… Если Беларусь готова в лице нынешнего руководства, которое прекрасно, шикарно всё это представляет и понимает, не может не понимать, потому что невозможно быть настолько тяжело раненным в голове и быть на таком посту, чтобы этого не видеть с такой кристальной ясностью…

А с другой стороны Лукашенко сейчас поставлен в положение, где ему не на кого обижаться. Единственный, с которым он может из больших более-менее политических субъектных игроков иметь рабочие серьезные масштабные отношения, – Китай. А Китай далеко, Китай даже не рядом… Китай – это другой континент.

С Китаем можно работать, ну, ну, вот сосуществовать нужно с этими прямыми географическими соседями…  

И после того, как прошли выборы, и попытки цветной революции с переворотом, почему, наверное и нет, и с убийством Александра Григорьевича Лукашенко, он это как-то вынес и пошел договариваться с самым серьезным и самым страшным, самым тяжелым и самым опасным из тех которые были участниками либо исполнителями в этом внешнем заказе.

В условиях, когда ему не на кого опереться, он говорит: я готов подписать, получить, может быть, даже буду применять вот эту вашу российскую вакцину.  Буду ли применять – это вопрос десятый. Скорее всего, никогда. Её там выбросят на свалку… Поступки, которые формально мы искали, потому что ему это очень нужно… Для того, чтобы ослабить этот натиск, который давит на нас так сильно. Да, мы можем пойти и на другие дипломатические отступки, чтобы мы сохранили большее и целое, чтобы нас не раздавили.

И я уверен, что в этой игре он, скорее всего, будет, если не умнее, то, как минимум, хитрее. И я уверен, что в этой игре по факту, по результатам, а не по риторике, которую мы сейчас слышим, и то, что говорят: о, он в Москву пошел просить помощи, вот, он сказал, что будут приобретать эту российскую вакцину… Да, вот он прогнулся, вот он сломался, вот он – слабак и врубил заднюю… Ничего подобного! Дипломатия и политика, еще раз повторяю, это искусство возможного, а не желаемого. И то, что он делает, это как раз делает не на риторическом фронте, на уровне вербальных, скажем так, обсуждений, а на реальном уровне. Я так надеюсь, если не сказать, что я уверен, до этого не дойдет. Потому что, какая бы Беларусь не была маленькая, они сказали, показали и доказали своим действительным политическим поведением за последние полгода политическую субъектность, которую принято называть суверенитетом намного выше, на порядки выше, чем та большая земля, которая управляются Кремлем.  То есть, Кремль доказал свою политическую несостоятельность и несуверенность – однозначно. Ровно также, как и Киев, и Крещатик...

 Политические субъектности, можно тыкнуть пальцем буквально на два. Примеры из постсоциалистических стран… Минск и Ашхабад. Все остальные тише воды, ниже травы. Поэтому тот, который заведомо, системным образом доказывает отсутствие политической субъектности, он не может проглотить вот такого маленького крепкого орешка. Он может разговаривать, он может переговаривать, может много чего хотеть…  Хотелок много - не вопрос. Даже может услышать такие звенящие уступки, слова, но их не получит. Я в этом уверен. Поэтому казус достаточно сложный и здесь очень тонкая грань, чтобы как-то не смешивать в один мешок коллективный Кремль, Россию и русских. Это не просто разные мешки: между коллективным  Кремлем, то бишь, колониальной внешне управляемой администрацией и Россией, и русскими есть не просто плешь, есть пропасть.

Единственное, что связывает вот этих участников между этими двумя краями пропасти, - это русский язык, которым неплохо владеют и те, и другие. И они перекрикиваются через СМИ федерально контролируемые, и кричат с другого края пропасти о картине мира, которую мы вам рисуем. Причем, вам не нужно ничего проверять, а нужно верить. Потому что, если вы не будите верить, и будете это обсуждать, то вот юридические нормы, которые мы будем применять для таких бунтовщиков, как вы. 

Главные новости Бреста за неделю