image

Переход Saudi Aramco на юани станет «взрывом»: нефтедолларовая система на краю обрыва?

Новости в мире
15:24
136 396 просмотров

Саудовская Аравия рассматривает возможность использования китайской валюты для расчетов по нефтяным сделкам, а Индия скупила российскую нефть, предназначавшуюся для Европы.

Об этом пишет «Хуаньцю шибао». По мнению автора статьи, это прямая угроза гегемонии доллара на мировом нефтяном рынке.

Согласно недавним сообщениям иностранных СМИ, Саудовская Аравия рассматривает возможность использования юаня для расчетов по нефтяным сделкам с Китаем и включения фьючерсных контрактов, деноминированных в юанях, в систему ценообразования Saudi Aramco. В то же время Индия, третий по величине импортер нефти в мире, воспользовалась резким падением цен на нефть марки Urals, чтобы скупить российскую нефть, которая изначально предназначалась для европейского рынка. И индийский Центральный банк совместно с российским Центробанком изучает возможность создания торгового платежного механизма "рупия-рубль". Западное общественное мнение в целом считает, что это может привести к ослаблению гегемонии доллара на мировом рынке нефти.

С технической точки зрения, для Саудовской Аравии нет особых препятствий для экспорта нефти в Китай с оплатой в юанях, поскольку крупные нефтедобывающие страны, такие как Иран и Венесуэла, уже заключили соответствующие договоренности. Что касается других валют, таких как евро, то он уже стал расчетной валютой некоторых стран-экспортеров нефти, но его доля не идет ни в какое сравнение с долларом. Но если дело касается Saudi Aramco, супергиганта с выручкой более 350 миллиардов долларов и чистой прибылью в 110 миллиардов долларов в прошлом году, то если юань будет использоваться для замены доллара в крупномасштабной торговле нефтью с Китаем, это повлияет на глобальный рынок торговли энергетическим сырьем. Это будет настоящий взрыв. Поэтому такие предсказания в западных СМИ больше похожи на заранее подготовленные сигнальные тесты.

Переход Saudi Aramco на юани станет «взрывом»: нефтедолларовая система на краю обрыва?

Вне зависимости от того, оправдаются ли в конечном итоге вышеуказанные предположения, только с точки зрения изменения тенденции, то, что Китай, как крупнейший в мире импортер нефти и один из важнейших участников мирового валютно-финансового рынка, использует или расширяет расчеты в юанях в двусторонней или многосторонней торговле – это само по себе естественно. Если взглянуть на историю глобальных валютных и финансовых изменений, то, как только валюта проникает в систему транзакций и расчетов глобальной реальной и виртуальной экономики и занимает доминирующее положение резервной валюты, она прочно закрепляется и в дальнейшем пользуется предпочтением у обычных участников рынка, предприятий и даже центральных банков различных стран, что, в свою очередь, формирует механизм международной репутации этой валюты.

Что же касается системной поддержки, то, как правило, это не что иное, как сильная конкурентоспособность реальной экономики (промышленность), расширение глобальной торговой цепочки ценности, гибкие бизнес-правила и ценовая власть финансов, а также глобальная система морских транспортировок – все это обеспечивает стабильность положения страны как гаранта надежности мировой торгово-экономической и финансовой системы. Начиная с XIX века британский фунт стерлингов и американский доллар последовательно играли вышеуказанные роли. Будучи сверхдержавами в разные периоды, Соединенное Королевство и Соединенные Штаты делали все возможное для сохранения гегемонии своих валют.

Некоторые исследования полагают, что цикл валюты страны, выступающей в качестве доминирующей международной валюты, обычно составляет около 100 лет. Если эта точка зрения верна, то с момента создания Бреттон-Вудской системы в 1944 году для гегемонистского дивидендного цикла доллара до его падения осталось совсем немного. Вероятно, это одна из причин, по которой американские стратеги и экономические авторитеты, в том числе Збигнев Бжезинский и Пол Самуэльсон, обеспокоены тем, что статус доллара скоро рухнет.

Конечно, у нефтедолларов, похоже, есть свои долгосрочные дивиденды. Строго говоря, концепция нефтедолларов берет свое начало в 1973 году. Она была предложена совместно министром торговли США того времени Питером Петерсоном и американским экономистом Ибрагимом Овайссом во время глобального нефтяного кризиса, вызванного четвертой ближневосточной войной. После лоббирования со стороны тогдашнего госсекретаря США Генри Киссинджера Саудовская Аравия, как нефтедобывающая страна номер один, решила использовать доллар в качестве единственной валюты ценообразования для экспорта нефти, что ускорило достижение консенсуса и подписания странами ОПЕК в 1975 году соглашения о ценах на нефтепродукты в долларах и инвестировании прибыли от нефти в государственные облигации США в обмен на американскую военную защиту. С тех пор была сформирована "нефтедолларовая" система.

На первый взгляд, обе стороны – Соединенные Штаты и страны-экспортеры нефти – получили то, что им было нужно, и это была взаимовыгодная ситуация. Однако с точки зрения международной политической экономии, США таким образом в обмен на свою военную помощь успешно встроили доллар в "центральную нервную систему" мировой экономики – в торговлю нефтью, самым важным товаром в мире, – и стали "доминирующей силой" в глобальной экономике. Им удалось осуществить стратегическую блокировку основных нефтедобывающих стран Ближнего Востока с точки зрения политики, экономики, финансов и безопасности, а затем сформировать свою институционализированную систему финансовой гегемонии, глобально поддерживаемую нефтедолларами и ценовой властью капитальных активов. Вероятно, только главные бюрократы Соединенных Штатов знают, сколько явных и скрытых выгод на самом деле получила Америка.

Переход Saudi Aramco на юани станет «взрывом»: нефтедолларовая система на краю обрыва?

Однако любая гегемонистская денежная система однажды обязательно рухнет. Как говорится, "валюта обречена на гибель по своей собственной вине", и это означает что если чрезмерно раздувать силу самой валюты, то это в итоге приведет к неминуемой смене глобальной валютной системы и циклу перебалансировки.

Для нефтедоллара основной краткосрочной проблемой, с которой он сталкивается, является растущая стоимость поддержания существующей системы для Соединенных Штатов, а из-за относительного упадка национальной мощи Америке сложно одновременно удовлетворять предпочтения нескольких крупных нефтедобывающих стран Ближнего Востока. В среднесрочной перспективе главная проблема, с которой столкнутся США, заключается в том, что сама нефть, как ископаемый источник энергии, постепенно утрачивает свое господство в контексте "углеродной нейтральности". Это приведет к тому, что нефтедолларовая система либо изменит свой облик, чтобы продолжить свое существование, либо примет судьбу частичной замены.

Этот цикл может длиться в течение определенного периода времени. В долгосрочной перспективе, поскольку Соединенные Штаты, вероятно, к середине XXI века перестанут быть самой важной экономикой мира, а на экономики нескольких членов G20 приходится более 10% общемирового объема торговли, это неизбежно приведет к возникновению новых центров валютной власти. К тому времени в мире, скорее всего, установится трехсторонняя или даже многосторонняя модель валютного баланса.

Чжан Юйгуй – декан факультета международных финансов и торговли Шанхайского университета иностранных языков

Источник: ИноСМИ