«А вы видели, как булыжник летит?» Сотрудник ОМОНа, пострадавший в ночь выборов, рассказал о протестах

Политика
12:12
8 678 просмотров
«А вы видели, как булыжник летит?» Сотрудник ОМОНа, пострадавший в ночь выборов, рассказал о протестах
Фото из интернета

Хотя с начала протестов в Беларуси прошло уже больше недели, пока их размах только нарастает. Сейчас все рады тому, что насилие на улицах прекратилось после трех первых дней противостояния, но когда в стране вновь нормально заработал интернет, белорусы увидели много фото и видео пострадавших, раненых, смерть человека, а также свидетельства тех, кто оказался под стражей и подвергся пыткам. В основном это были рассказы самих демонстрантов и очевидцев. Мы послушали другую сторону и пообщались с сотрудником ОМОНа, который работал в первую ночь протестов и пострадал от действий их участников. Отметим, что какие-либо справки и эпикризы нам не показывали: «У меня на руках их нет». 

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Как заявил глава МВД Юрий Караев, в ходе протестов пострадали 129 силовиков. Мы долго просили ведомство разрешить нам поговорить с одним из пострадавших. Наконец, разрешение было получено, но при условии, что герой сегодняшней статьи пожелал остаться анонимным. Отметим, что большинство пострадавших от рук силовиков, ни лиц, ни имен своих не скрывают. Большинство пострадавших получили свои увечья не на улице во время столкновений, а уже в автозаках, РУВД и в ИВС.

Дмитрий, по его словам, много лет служит в столичном ОМОНе, а в первую ночь протестов работал на пересечении проспектов Машерова и Победителей в районе стелы «Минск — город-герой» — в одной из главных на тот момент «горячих точек» города. Там он получил травмы, из-за чего пробыл в госпитале неделю и был выписан только накануне. В ночь протестов в его функцию входила защита других подразделений от летевших в них со стороны участников акций предметов. Он утверждает, что демонстранты тогда активно противостояли силовикам.

— У нас особая машина-забор со специальной сеткой, которая предназначена для защиты личного состава. Эта машина вызывается только в том случае, когда летят бутылки, камни — все, что можно поднять и бросить. Мы выехали для оказания другим помощи. Когда мы прибыли, то увидели впереди баррикады, там уже все было разобрано, остановки они побросали, туи поставили. Мы выдвинулись, за нас стали прятаться солдаты, потому что там летели камни, бутылки, куски арматуры — все летело в солдат, некоторые из них падали, мы падали. Мирным я этот протест не назову: солдаты падали, теперь они лежат в госпитале. Там справа стояли ребята без щитов. Просто у нас грамотно показывают и не выкладывают то, как это летело, как ребята падают. Там стояли срочники, не ОМОН, там были и внутренние войска. Поверьте, они поломанные лежат. А потом говорят, что это фейк, — говорит мужчина.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

По словам Дмитрия, тогда он получил сотрясение мозга, при поступлении в больницу оно было острым из-за подскочившего давления, а также травму спины, которая сказалась на правой ноге — сейчас он уже самостоятельно ходит, но пока прихрамывает. Из менее серьезных травм — разбитое лицо и ушибы. Сотрудник ОМОНа очень благодарен за оказанную помощь медикам госпиталя МВД, в котором провел семь дней, а также работникам скорой. По его словам, тогда у силовиков не было задачи жесткого разгона протестов, они лишь пытались предотвратить беспорядки.

— Когда мы оттесняли, даже если что-то применяли, всегда был приказ стрелять вверх. Но это свет-шум — пугали. Естественно, если человек идет агрессивно, то стараются его нейтрализовать, и то минимизировать вред. Ни один с той стороны (со стороны протестующих. — Прим. TUT.BY) не падал. А то рассказывают, что мы расстреливали, сейчас показывают, что ОМОН избивает и убивает. А кто там был?

Дмитрий считает, что на том участке, где находился он сам, применение силы и спецсредств сотрудниками силовых структур было оправдано, и не понимает заявлений, что задерживали мирных протестующих — он утверждает, что видел другую картину.

— Когда ты стоишь, раскладываешься, ничего не делаешь, просто закидываешь молодых пацанов, а по ним валят нормальные булыжники — как я называю, по системе Украины. Баррикады поставили. Мирный протест — зачем они остановки разобрали, зачем эти туи поставили, зачем мусорные баки в нас катили? Я говорю: давайте поменяемся с любым местами. Но никто не хочет меняться. Все смотрят и говорят: «А, так там мирные люди».

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Сотрудник ОМОНа убежден, что на его участке не было иного способа выполнить поступивший приказ, кроме того, который и был в итоге реализован.

— Да там без вариантов, поверьте. Такая картина: вы приезжаете, поставили, а там один упал, второй упал — затянули, стоим. И стоят другие (протестующие. — Прим. TUT.BY), их же освидетельствовали на алкоголь, все по процессуальным нормам. Меня в госпитале выходили, это я сейчас нормально говорю, а там терял сознание, но надо было еще работать. Мы просто стояли, начинали отъезжать — и просто в тебя все это летит. Мирная демонстрация — пожалуйста. А здесь по факту это было не так.

Дмитрий читал тексты и смотрел видео со свидетельствами людей, которые рассказывают о полученных при задержании травмах и о жестокости силовиков, но призывает тех, кто не был в эпицентре событий, с долей скепсиса относиться к некоторым подобным рассказам.

— Я вот что думаю по этому поводу. Когда рыжеволосая девочка рассказывает о том, как надо избивать ОМОН, а потом ее задерживают, она сидит и рассказывает, что обиделась на государство. А вы видели, как булыжник летит? Видели, как репортеры показывали сотрудника с переломанным носом? Он офицер, хороший офицер. Говорит: «Хорошо, что в меня, а не в бойцов». Разве это нормально? Вот вы выходите из дома, а рядом ваша машина горит или ее толкают. Это будет нормально?

Однако Дмитрий вполне допускает, что многие из пострадавших людей говорят правду, но убежден, что ОМОН ни в чем подобном не замешан, а за другие подразделения он говорить не берется.

— Я могу честно сказать — все валят на ОМОН. Черная форма — омоновец, зеленая форма — омоновец. Я стоял с людьми, с которыми работаю, и могу сказать: никто этого делать не будет, никто не будет перегибать. Я тоже смотрел эти видео. ОМОН этого не делает, поверьте. Я в этих людях уверен. Может, это какие-то другие подразделения. Но поверьте, не милиция там начала все это. Вы пришли — протестуйте, я не политик. Но разбирать город? Давайте я приду к вам домой и что-то повыкидываю? Так же не делается, — считает мужчина.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

На вопрос о том, что он думает о сообщениях о пытках в изоляторах, Дмитрий ответить затрудняется, так как лично ни в чем похожем не участвовал и может говорить только про свои поступки. Однако, по его словам, ничего подобного раньше не было, а когда ситуация в Беларуси осложнилась, то внезапно появилась информация об избиениях. Также он отмечает, что в интернете встречаются и разоблачения подобных свидетельств.

Тех, кто противостоял силовикам в ночь с 9 на 10 августа, Дмитрий просит не называть демонстрантами, так как они активно проявляли агрессию и применяли насилие. А то, что силовики прекратили разгон массовых акций и применение спецсредств после трех дней противостояния, он связывает как раз с тем, что протесты перешли в мирное русло.

— Оттесняли не демонстрантов, поймите. Человек, который мирно вышел, — это его волеизъявление, тут вопросов нет. Люди тогда проходили, всех спокойно пропускали. Задерживали тех, кто бросал что-то, те же коктейли Молотова, даже девочки по 15−16 лет — я это видел. Демонстрант — это тот, кто мирно выражает свое недовольство. Вот сейчас демонстранты выходят мирно, ничего не нарушают, не мешают движению. Я не политик, поймите, но они ничего не ломают. А провокаторы — они везде есть. Таких надо задерживать и потом разъяснять, кто они такие. Один провокатор будет в толпе — уже будет какая-то ситуация. Но он же не лезет в драку. Говорит: похлопали, идите отработайте лавэ.

По словам сотрудника ОМОНа, в интернете лично ему поступают угрозы и оскорбления, в том числе и от пользователей из-за рубежа — из России и Украины. Однако он спокойно относится к подобным сообщениям и заявляет, что эти люди ничего не знают о его работе и о том, какие задачи он выполнял во время протестов, а также не понимают, что спецподразделения не ставят целью травмировать даже агрессивно настроенных протестующих, а лишь восстанавливают порядок.

— Я долго работаю в ОМОНе, имею опыт и знаю, как обращаться с оружием, какой вред оно может нанести человеку и как его минимизировать, чтобы не причинить травмы и не привести к летальному исходу.

Дмитрий говорит, что испытывает сожаление к людям, из-за которых попал в больницу, и убежден, что многие из них действовали за деньги. Также его возмущает информация, что милиция виновата в том, что происходило во время протестов в городе, хотя лично он видел обратное.

— Мне обидно, что ребята лежат, среди моих коллег есть пострадавшие: кто-то еще в больнице, кто-то выписывается. Я знаю, что сотрудников ГАИ избивали, ноги ломали. Ребята из внутренних войск молодцы, они стояли — есть же видео, как они лежат. Им тоже написали: «Вы актеры». Солдаты лежат поломанные, когда машина разворачивается и конкретно сбивает людей. Это мирные люди пишут? — задается вопросом мужчина.

Источник: TUT.BY
Читать полностью: https://news.tut.by/society/696906.html